May 10th, 2016

Prince Eharn

(no subject)

Чужих советов здесь не надо,
Кипит столь вечно бойкий ум,
Наш дух - задиристо угрюм.
Мы мастера в постройке Ада,
Резьбу на спинах резал кнут,
Здесь любят всех, едва умрут,
Здесь каждый говорун, прозаик -
Певец заморских несвобод.
И я таков, как мой народ:
В жару войны дрожу от стужи
И верю в то, что будет хуже,
Держусь подальше от властей
И рад отсутствию вестей.
.
"Lewis Carroll As the White Rabbit"

(no subject)

Сегодня ты ещё пернат,
А завтра станешь вдруг рогатым,
Об этом вслух не говорят,
Был взвешен - и сочтён богатым:
Всё ровно - тело и душа,
Весло в руке, жизнь хороша,
Друзья и тигры, сроки, дочки,
Но время зло расставит точки.
Оно в усах, оно картавит,
И топит всех - и тех, кто правит.
San Benedetto da Norcia

(no subject)

То чёрный ангел, ангел белый -
Влетают врозь, как угорелый
Гляжу на эту чехарду,
Всё время изменяю цвет,
То в Рай попал, то я в Аду,
Тут нет меня, там тоже нет,
Мелькнул - и исчезаю вновь,
Одна надежда - на любовь.
"Lewis Carroll As the White Rabbit"

(no subject)

Смирился я с движеньем века,
Мой голос стих, рука - калека,
Давно заброшен поиск Бога:
Он есть ли? Нет ли? Их ли много?
И поскакал, и потужил,
Неясно лишь, зачем же жил,
Вопрос не для одних поэтов.
Но ход судьбы не даст ответов:
Когда постигнешь смысл всех схем,
То станешь вновь опять ничем.
"Lewis Carroll As the White Rabbit"

(no subject)

Судьба сломала Ольгу Б.
И пронесла как по трубе,
В словах её - все ноты плача,
А всё должно ведь быть иначе.
Но кто бы вышел без зарубки
Из той вселенской мясорубки,
Не став одним из кирпичей,
В век отравителей-врачей?
Кто жил там не расколот,
Труден и абсолютно неподсуден?
Когда бессильны кровопийцы?
Едва ли были олимпийцы.
Lermontov

Обрыв

И в царском облачении,
И утонувший в грязи,
Он должен быть на линии,
Он должен быть на связи.
Жуя Бигмак остывший,
Кривой слагая стих
Быть полностью доступен
Для значимых других.
У них там дел сугробы
Судьба вдруг намела,
И нужно всем им чтобы
Реально помогла
Далёкая бумага,
Летящая вперёд,
То дерзость, то отвага,
То комплексный подход.
У них своих причины,
У них на всё - резон,
Спасает от кончины
Лишь масса мёртвых зон.

Там век давно минувший,
Там связи вовсе нет,
Задремлет прикорнувший
Измученный поэт.
Себя бы он прославил,
В душе - второй Шекспир,
Когда б его оставил
В покое этот мир.
"Lewis Carroll As the White Rabbit"

Милый Пушкинд

Безделье - вот одна возможная свобода,
Работать на воров и скучать в рядах народа,
Не все ли нам равно?
Те, кто хотел свалить, не здесь уже давно,
А мы, завязшие навек в твоих рядах, бессменный полк,
Уместны здесь, как на Кремлёвской елке
Настоящий дикий волк.
Преемников же здесь теперь таких рожают и куют,
Что волка там немедленно поймают и убьют,
И будет всем знакомый федеральный клоун,
Под сакральную икру,
Вещать, что всех переиграл, едва освоив эту новую игру.
Всегда он в форме, что бы не случилось - он ни капельки не кисл,
Но есть ли в гибели такой ну хоть какой-то малый смысл?
"Lewis Carroll As the White Rabbit"

Террариум

Дым остался от тайги,
Есть простор для ямщиков,
Это сделали враги,
Их главарь - Гребенщиков.
За гитарный перезвон
И неясные слова,
Будет вскоре пойман он,
Вновь общественность права!
Не советским был всегда
И сейчас не то поёт,
Там где он - одна беда,
Всем - чужой, не патриот.