?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Пили вчера кофе (ах, как сильно я простужен, антибиотики лишили меня счастья употреблять достойные мужчины напитки) со старичком Громовым, обсуждали текущие дела, общий упадок мировой культуры, а заодно и знаменитую его запись об инфляции лояльности.

Вот эту: http://donnerwort.livejournal.com/131535.html

Во-первых, я поделился маленькой радостью. Когда допечатно, то есть тоже за чашкой кофе старичок Громов впервые развивал свою мысль, разговор начался, собственно, с обсуждения достоинств сарайского политолога Каши. Так вот, первое, что я в своей ленте увидел в день, так сказать, публикации, но еще до прочтения текста Громова, - это как сарайский политолог Каша Громова порочит. Смешно.

Но по сути, мне кажется, Громов делает серьезную ошибку. Игнорирует важный факт. Дело в том, что по отношению к сформировавшейся системе производители смыслов – в принципе, маргиналы. В старинном и необидном смысле этого латинского слова. И Павловский, допустим, и, страшно сказать, Сурков, такие же для системы маргиналы, как распоследний Жаров. Система, - она вообще не про слова. Система отгорожена от мира стеной, плотной, но не вовсе уж непроницаемой, однако попадают за стену не те, кто обучен языком вращать.

Вся смыслопорождающая деятельность для системы – явление чуждое, в лучшем случае (еще раз оговорюсь – я о текущем моменте, в иные времена бывало и по-другому) выполняющая роль подушки безопасности, в худшем – просто терпимая, в силу сравнительной дешевизны и обилия в казне нефтедолларов. В худшем для смыслоактивистов, я имею в виду.

Проблемы начинаются, когда границу эту, по тем или иным причинам, перестают замечать. И тут возможна даже некая классификация.

Вот, например, - это просто кристально чистый, лабораторный, я бы сказал, случай, - все мы с интересом и не без веселья наблюдаем за действиями одного нашего доброго друга. Назовем его, для конспирации, Алексеем Ча. Алексей – мальчик умный, означенную границу видит, но не может смириться с ее существованием. Еще бы, с его-то дарованиями! И раз за разом, надев лучший костюм, пробирается Алексей к столу, за которым баре пируют. И раз за разом, практически уже на подходе кто-то недобрый Алексея отлавливает, на левую руку вешает салфетку, в правую дает поднос и говорит – отнеси-ка господам сельтерской. Потом Алексей сидит в лакейской, стирает с лица горчицу и размышляет, подсчитывая чаевые: не подошел фрак цвета наваринского дыму с пламенем, в следующий раз надену брусничный с искрой, тогда-то уж точно пропустят за стол.

Всякое упорство достойно уважения, однако люди, которым довелось поработать в тех местах, где, например, подвизались мы с Андреем Громовым, видели вблизи финальную стадию болезни: это когда человек горчицу с лица стирать перестает, принимая ее за пудру, и думая, что он уже при дворе. В принципе, страшно.

Но вообще, такие случаи редки, поскольку требуют высокого уровня рефлексии. Редки и обратные – это когда абсолютная, непроходимая глупость свинцовым колпаком прикрывает человека от радиации внешнего мира. Я занимаюсь любимым делом! Страной управляю! – кричит такой человек. Да мне зарплаты хватает на четыре буханки хлеба, живу как султан! Я уже знаменитость, однажды на остановке гопники узнали и даже не били! А вот еще годик, может, два, прознает государь об удивительных моих дарованиях и сразу назначит генералом!

Второе счастье, вопреки отечественной пословице, не наглость, а глупость. Ну, тоже не всем дается.
Еще один редкий случай, - это люди, не просто получившие гуманитарное образование, но, скажем так, гуманитарным образованием контуженные. Остатками ума, уцелевшими после взрыва мегатонной дерриды, они понимают, что в любом другом месте их за дискурс лечили бы принудительно, а здесь, если с должными промежутками вставлять в монотонное бормотание фразы типа «Путин велик» или «Каспаров мудак» - кормовые выдают. Ну, и ощущение границы исчезает в силу понятных проблем с психикой.

И есть случай четвертый, самый распространенный. Это случай людей абсолютно бездарных, но не вовсе глупых, и степень своей одаренности осознающих. Понимая цену навозу в наше время минеральных удобрений, они зубами держатся за возможность проявить лояльность. Потому что за это хоть что-то платят и не надо идти в грузчики. Они ходят стаями, тявкая заученный набор нехитрых фраз, не ими сочиненных, стаями же набрасываются на оппонентов, если оппоненты по глупости опускаются до спора, они и рычат, преодолевая означенную выше границу не в реальности, но чудом самовнушения: мы власть! Мы власть! Мы власть! Всякий потому что человек, даже самый распоследний, нуждается в самоуважении. Или хотя бы в его эмуляции.

Это уже не лояльность, это лаяльность. Таких людей много, тявкают они громко, раздражают.
Но, повторюсь, сама проблема возникает, когда наличие границы так или иначе игнорируется. Если нет – то объектом торга с потенциальным нанимателем становится не лояльность, а профессиональные качества.

И тут мы натыкаемся на второю ошибку старичка Громова – а именно, на попытку все проблемы свести к этической рефлексии, которую, с его же легкой руки, модно обозначать теперь словосочетанием «ложь и воровство». Дело в том – и это не вина кошмарной путинской России, а ообщеевропейский вектор развития, что сфера работы со смыслами применительно к практике за вторую половину двадцатого века стала внеэтичной.И попытки критики этой сферы с позиций этического (обычно, кстати, резко окрашенные идеологически, ну, грубо говоря, либо ультралевые, либо ультраправые предпринимают такие попытки, все мы любим Пата Бьюкенена, но, скорее, как курьез) – маргинальны по отношению к маргинальному. Типа в квадрате.

Этика стала делом личным. Ну, то есть, если для тебя что-то по моральным причинам невозможно – не делай. Старайся делать вещи хотя бы безвредные, а в идеале – даже полезные. Но белое не носи и на пьедестал не лезь. Это смешно. Так обычно поступают люди, которые ничего другого делать просто не умеют.
Мне, например, от технолога, которого многие считают воплощением цинизма, приходилось году в 99-м слышать длинное перечисление людей, с которыми он ни за какие деньги не стал бы работать. Да что там, исходя из собственных, конечно, извращенных представлений о порядочности, мы и сами с парнями несколько раз отказывались от очень жирных контрактов. О чем потом даже иногда жалели.

Но вообще – клиенты они и есть клиенты. Их должно резать или стричь. Я лично люблю стричь, но не считаю свою позицию ни единственно правильной, ни даже особенно моральной.

https://ivand.livejournal.com/1146039.html

Profile

КлоунАда
access07
Шестая колонна

Latest Month

October 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner