Шестая колонна (access07) wrote,
Шестая колонна
access07

О членах

Для автора теоретических исследований нет благородней и ответственней задачи – зафиксировать непререкаемый авторитет дореволюционной русской и советской шахматной школы, ярко и убедительно показать ведущую роль русского народа в такой своеобразной отрасли культуры, как шахматы.

П.Керес не справился с этой задачей. Хуже того, он использовал предоставленную ему трибуну для безудержного прославления зарубежных теоретиков, вплоть до фашистских наймитов и матерых изменников советского народа, «теоретические» потуги которых не представляют никакой ценности.

Достижения Чигорина и других русских и советских теоретиков представлены Кересом крайне неполно, и то не как единое целое, а как искусственно вырванные из оригинальных дебютных систем варианты, в большинстве взятые из послевоенной практики.

Зато приоритет зарубежных теоретиков, в большинстве случаев ложный и недоказанный, обоснован тщательно и любовно, равно как и приоритет самого автора.

Справедливый гнев и изумление советских шахматистов вызывает систематическое, ничем не оправданное, назойливо лезущее в глаза, многократное упоминание фашистского выкормыша Боголюбова, ныне подвизающегося в американской зоне оккупации Германии. Всем известно, что теоретические потуги Боголюбова никогда не представляли ничего ценного, и его авторитет как шахматиста, не говоря уже о гнусной политической физиономии, давным давно равен нулю, если вообще можно ставить вопрос об авторитете фашистского проходимца.

Тщательно отмечены Кересом, увы, немногочисленные достижения американских теоретиков, вплоть до беспрецедентной анонимной заявки на авторитет: «Американские шахматисты (какие? когда? – В.П.) предлагают в этом варианте» и т.д. (стр. 78). Выражения «Файн рекомендует» встречается свыше 15 раз, «Эйве рекомендует» и «Тартаковер рекомендует» — более 30 раз. В то же время фамилия гениального русского шахматиста, подлинного создателя большинства современных систем атаки и защиты в так называемой «испанской партии», «гамбите Эванса» и других открытых началах, которым посвящена как раз книга Кереса встречается редко. Выражение «Чигорин рекомендует» во всей книге мелькает всего лишь два-три раза, да и то оно ложно по существу, потому, что если Файн, Тартаковер, Эйве, не внеся в теорию ничего, действительно могут лишь «рекомендовать», модернизируя и усиливая давно известные варианты, то Чигорин не рекомендовал, а создавал эти варианты, был новатором и открывателем, и его роль в книге Кереса отражена позорно скупо.

Предела бессмыслицы Керес достигает на стр.177, пытаясь окрестить давно известный и тщательно разработанный за последние годы советскими теоретиками вариант странным словом «сиеста». (Речь идет о варианте 1.e4 e5 2. Nf3 Nc6 3. Bb5 a6 4. Ba4 d6 5. c3 f5.- Г.С.) Никогда этого термина, обозначающего послеобеденный отдых, в шахматной литературе не существовало. Ни один советский шахматист, ни один теоретик не слыхал о нем. Зачем Кересу понадобилось в своей якобы серьезной книге употреблять нелепое, формалистическое, несуществующее название?! К сожалению, только в сиестах и заключается новаторство Кереса.

Невольно встает вопрос, чем же объясняются столь грубейшие политические и теоретические ляпсусы, такое преклонение перед любым зарубежным, самым ничтожным именем, такое слабое отражение заслуг дореволюционных русских и советских теоретиков?

Ларчик открывается просто! Труд Кереса не является самостоятельным, оригинальным творческим исследованием, критическим освоением и разработкой достижений мировой шахматной культуры. Это не что иное, как компиляция вышедших после войны за рубежом дебютных справочников Эйве и Файна и давно известных, осужденных советской критикой зарубежных руководств Тартаковера, Тарраша и др. Керес сам расписывается в несамостоятельности, некритичности своей работы: «Если предположить, что в приведенных выше анализах (Эйве и Файна – В.П.) не содержится крупных ошибок, то следует, пожалуй, признать настоящий вариант наиболее обещающим для белых».

Творческая несамостоятельность, неоригинальность, халтурное отношение являются благодарной почвой для низкопоклонства перед иностранщиной, для космополитизма, для политических и теоретических ошибок.

Вызывает удивление позиция невмешательства, занятая по отношению к автору Эстонским Государственным издательством, которое не подвергло книгу тщательной политической редактуре, а также роль переводчика и шахматного редактора И.Л.Майзелиса, который был обязан выправить ошибки автора.

Космополитическая, объективистская книга Кереса создает совершенно ложное представление о теории и истории отечественного и зарубежного шахматного искусства.


Панов В.Н.
Мастер спорта по шахматам, член ВКП (б).
10.5.1950 г.

http://chessmateok.com/2017/04/26/%D0%B0%D1%82%D0%B0%D0%BA%D0%B0-%D0%BF%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B0/
Tags: 1950, stalin, usa, Генна Сосонко, история, кгб, ссср, чтиво, шахматы
Subscribe

  • Опять на поле Куликовом

    Поговаривают, что кое-кто опять засел в своём бункере за очередную обширную историческую статью из цикла «Ебанутость как национальная идея». Скоро мы…

  • "Покойная Россия"

    Уверен, что все жертвы вируса хотели ещё раз радостно отдаться Путину В.В., друзьям его непростого коммунального детства и суровой пацанской юности и…

  • Артефакт Владимирович

    Венедиктов попросил в субботу не считать Путина дебилом. Не считаю, дебилы разные, но - люди, их хотя бы жалко. А этот явно несвежий обломок…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments