"Русский мир", вид в профиль
Сейчас Бахмут пахнет борьбой. Заезжаешь в сильно разрушенные районы — и там просто трупный запах. Такой страшный, его ни с чем не перепутаешь. На окраинах есть места, где раньше были свалки. Там еще после летних боев осталось много убитых. Знаете, кучи «двухсотых», трупами все просто укрыто! Обычно говорили, что это вражеские тела, но когда на окраинах проходили уже и более жесткие бои, там просто все перемешалось, поэтому могут лежать и наши. Самый страшный запах там, где завалы, потому что там еще и мусор. Вообще, в Бахмуте на обочинах — кучи мусора, выбрасывать его некуда, и когда все перемешивается с разлагающимися человеческими телами, стоит страшная вонь.
Сейчас зима, все замерзло, а вот только начнет таять — будет экологическая катастрофа. Уже сейчас, как теплеет, тела разлагаются, все эти останки идут в землю. Поэтому на окраинах у людей в частном секторе в колодцах вода уже непригодна для питья.
...
Но трупы валяются и среди полей, и на позициях. Как рассказывают парни, когда идет бой — это очень страшная картина: «Мы одних положили — следующие идут». Россияне наступают несколько раз в день, одни за другими. Наши в них стреляют — те идут под пули, падают. За ними идут новые российские военные — просто по этим трупам дальше! Снова под пули! Там такие получаются, знаете, труповые полосы (похожие события описывали украинские военные, их истории здесь и здесь. — Прим. ред.).
Русские вообще не забирают своих раненых и «двухсотых». Даже если они уже отбили позицию, все равно не вывозят их. Или скидывают в кучу или оставляют просто так. А тела там бывают и разорванные. Если работала техника крупного калибра — лежат останки без внутренностей, ноги, руки, головы оторванные. Бывает — просто валяется голова в каске.
...
У местных ужасная ситуация. Как я уже говорила, многие тоже погибают от осколочных ранений: то там прилет, то тут люди шли — их «накрыло». Буквально несколько дней назад в доме осколками убило дедушку, лет 77, и мальчика лет 12. Мгновенная смерть.
Из гражданских в городе остаются, по последним подсчетам, около двух тысяч человек (по данным главного управления полиции Донецкой области на 1 февраля 2023 года, в Бахмуте остается 5990 человек, из них 200 детей. — Прим. ред.). Многие боятся выходить и все время прячутся в подвалах. Пока мы с вами говорим, там вместе со взрослыми сидят около 200 детей. Вот на прошлой неделе вывезли девочку — она жила с бабушкой и дедушкой, а маму забрали еще до обострения боев, на последних месяцах беременности. Ребенок выехал, а бабушка и дедушка все равно отказались.
Почему люди все еще остаются в разрушенном Бахмуте? Не всем есть куда ехать. Старенькие говорят: «А кто нас там ждет? У меня нет ни денег, ничего — куда мне ехать? Вывезете меня в те же Черкассы, а дальше что? Мне 70, я прожил тут с детства, тут вся моя жизнь». Некоторые просто боятся.
Есть и такие, кто реально верит, что все это закончится, что Бахмут отобьют — «надо просто перетерпеть». Ну и, конечно, кто-то ждет «русский мир», говорит: «Зачем вы сюда пришли? Это все из-за вас. Это вы стреляете!» Да, они есть есть до сих пор. Были и коллаборанты — и вашим, и нашим. Но сейчас таких в городе уже меньше, чем было в начале войны. Все-таки уже четко видно, кто с какими намерениями туда пришел.
...
Ну и еще в Бахмуте страшная картина с оставшимися или брошенными животными. Сейчас их уже меньше: очень много умерло от голода или убиты осколками, часть вывезли волонтеры. Но все равно там остаются коты, собаки, козы, коровы. Когда приезжаешь, просто останавливаешь машину — и они к тебе сбегаются. Сыпешь им корм, а у одного — лапа оторвана, у второго — уха нет.
Первый раз с этим я столкнулась, еще когда освободили Ирпень. Подошла покормить собаку. Громадная овчарка, истощенная настолько, что ребра торчат. Видно, что она очень хочет есть — так жадно хватает этот корм! А потом выплевывает. Набирает в пасть — и выплевывает. Думаю, странно. А потом она положила морду мне на колено, а когда подняла — осталась такая желто-зеленая слизь. Смотрю — а у нее под челюстью дырка, и все, что она ест, не доходит до пищевода, выпадает. Она медленно умирала от голода.
В самом Бахмуте, когда мы ехали в прошлый раз, по обочинам было ну очень много убитых, замерзших животных — щенки и котята, взрослые собаки и коты. На краю дороги лежали и умирали коровы, собаки их ели.
А у выживших очень много контузий. И в основном все они стараются прибиться к людям, особенно на позиции к бойцам — уже адаптировались и понимают даже жесты. Многие живут возле госпиталя. Когда совсем был голод, они бились за кровь раненых с носилок и срезанной с тел формы. Они просто бились, чтобы слизать эту кровь, потому что еды нет.
Читать полностью:
https://news.zerkalo.io/world/32184.html?c
Сейчас зима, все замерзло, а вот только начнет таять — будет экологическая катастрофа. Уже сейчас, как теплеет, тела разлагаются, все эти останки идут в землю. Поэтому на окраинах у людей в частном секторе в колодцах вода уже непригодна для питья.
...
Но трупы валяются и среди полей, и на позициях. Как рассказывают парни, когда идет бой — это очень страшная картина: «Мы одних положили — следующие идут». Россияне наступают несколько раз в день, одни за другими. Наши в них стреляют — те идут под пули, падают. За ними идут новые российские военные — просто по этим трупам дальше! Снова под пули! Там такие получаются, знаете, труповые полосы (похожие события описывали украинские военные, их истории здесь и здесь. — Прим. ред.).
Русские вообще не забирают своих раненых и «двухсотых». Даже если они уже отбили позицию, все равно не вывозят их. Или скидывают в кучу или оставляют просто так. А тела там бывают и разорванные. Если работала техника крупного калибра — лежат останки без внутренностей, ноги, руки, головы оторванные. Бывает — просто валяется голова в каске.
...
У местных ужасная ситуация. Как я уже говорила, многие тоже погибают от осколочных ранений: то там прилет, то тут люди шли — их «накрыло». Буквально несколько дней назад в доме осколками убило дедушку, лет 77, и мальчика лет 12. Мгновенная смерть.
Из гражданских в городе остаются, по последним подсчетам, около двух тысяч человек (по данным главного управления полиции Донецкой области на 1 февраля 2023 года, в Бахмуте остается 5990 человек, из них 200 детей. — Прим. ред.). Многие боятся выходить и все время прячутся в подвалах. Пока мы с вами говорим, там вместе со взрослыми сидят около 200 детей. Вот на прошлой неделе вывезли девочку — она жила с бабушкой и дедушкой, а маму забрали еще до обострения боев, на последних месяцах беременности. Ребенок выехал, а бабушка и дедушка все равно отказались.
Почему люди все еще остаются в разрушенном Бахмуте? Не всем есть куда ехать. Старенькие говорят: «А кто нас там ждет? У меня нет ни денег, ничего — куда мне ехать? Вывезете меня в те же Черкассы, а дальше что? Мне 70, я прожил тут с детства, тут вся моя жизнь». Некоторые просто боятся.
Есть и такие, кто реально верит, что все это закончится, что Бахмут отобьют — «надо просто перетерпеть». Ну и, конечно, кто-то ждет «русский мир», говорит: «Зачем вы сюда пришли? Это все из-за вас. Это вы стреляете!» Да, они есть есть до сих пор. Были и коллаборанты — и вашим, и нашим. Но сейчас таких в городе уже меньше, чем было в начале войны. Все-таки уже четко видно, кто с какими намерениями туда пришел.
...
Ну и еще в Бахмуте страшная картина с оставшимися или брошенными животными. Сейчас их уже меньше: очень много умерло от голода или убиты осколками, часть вывезли волонтеры. Но все равно там остаются коты, собаки, козы, коровы. Когда приезжаешь, просто останавливаешь машину — и они к тебе сбегаются. Сыпешь им корм, а у одного — лапа оторвана, у второго — уха нет.
Первый раз с этим я столкнулась, еще когда освободили Ирпень. Подошла покормить собаку. Громадная овчарка, истощенная настолько, что ребра торчат. Видно, что она очень хочет есть — так жадно хватает этот корм! А потом выплевывает. Набирает в пасть — и выплевывает. Думаю, странно. А потом она положила морду мне на колено, а когда подняла — осталась такая желто-зеленая слизь. Смотрю — а у нее под челюстью дырка, и все, что она ест, не доходит до пищевода, выпадает. Она медленно умирала от голода.
В самом Бахмуте, когда мы ехали в прошлый раз, по обочинам было ну очень много убитых, замерзших животных — щенки и котята, взрослые собаки и коты. На краю дороги лежали и умирали коровы, собаки их ели.
А у выживших очень много контузий. И в основном все они стараются прибиться к людям, особенно на позиции к бойцам — уже адаптировались и понимают даже жесты. Многие живут возле госпиталя. Когда совсем был голод, они бились за кровь раненых с носилок и срезанной с тел формы. Они просто бились, чтобы слизать эту кровь, потому что еды нет.
Читать полностью:
https://news.zerkalo.io/world/32184.html?c